Посещение выставок Леонида Цхе и Владимира Яшке с А.С. Заславским

Выставка проходит в NameGallery (ул. Большая Конюшенная, 2, этаж 3).

Встречаемся в 11 часов.

После этого (в 12.00) мы также планируем посетить выставку Владимира Яшке (Цветная графика) в Галерее Борей (Литейный пр., 58)

Серия зарисовок из современной петербургской жизни была сделана Леонидом Цхэ за прошедший год. Все картины были написаны по мотивам фотографий, снятых «мыльницей». Уличная неразбериха, сценки у прилавка на рынке, несколько молодых людей пытаются совладать с селфи-штативом, — сюжеты для холстов выбраны в лучших традициях реалистического искусства. Для photo-based painting бытовизм и наблюдения над многообразием проявлений городской жизни вполне естественны. Чем обыденнее тема или сюжет работы, тем меньше опасность попасть в жанровую ловушку документального свидетельства или прочувствованного рассказа о народной жизни. Ведь живопись, черпая материал из фотографии, умножает свою силу. Цифровые изображения, как и ранние формы фотоотпечатков, раскрепощают живописца, вовлекая его в один из самых захватывающих парагонов модернизма — соревнование между художником и визуальными технологиями. И Эжена Делакруа, и Ивана Шишкина, и Мориса Утрилло, и Фрэнсиса Бэкона снимки только раззадоривали в работе над картиной. Неужели мастерство художника уступает изобретательности инженера? И разве художнику недостает воображения и лукавства для того, чтобы придумать наперекор безразличной наблюдательности, с которой камера смотрит в мир, свою творческую оптику или свой особенный арт-прищур?

     Другой спор, в который ввязался Леонид Цхэ, работая над зарисовками из жизни современного Петербурга, пожалуй, еще более давний, чем поединок изобразительного искусства и визуальной машинерии. Цхэ — один из немногих на сегодняшний день выпускников и преподавателей Академии художеств, которому интересно искать точки соприкосновения между этой консервативной школой и contemporary art. Храм изящных искусств на Университетской набережной был, есть и будет главным оппонентом современного искусства в России и едва ли не самым надежным оправданием его существования на наших бескрайних просторах. И передвижники, и авангардисты начала прошлого века, и позднесоветские нонконформисты, искавшие свой эстетический опыт и признание в актуальных художественных практиках, неоднократно испытывали на прочность узы, которые связывали их с искусством в классическом понимании. Башню Третьего Интернационала Владимир Татлин строил в мастерской Павла Чистякова, у которого учились чуть ли не все русские художники рубежа веков. Предварительно Татлин выбросил мозаичные наборы мэтра, занимавшие слишком много места.

     Живопись Цхэ — выход за границы «школы», освобождение от установок академического рисунка и навыков художника-станковиста. Это настаивание на своем и попытка быть живописцем на свой лад, оставаясь в стенах Академии. В союзниках у Цхэ пережившие подобный опыт гранды современного искусства Нео Раух, Люк Тёйманс или Питер Дойг. Впрочем, спор, который возобновил Цхэ, пока что соизмерим не с дискуссиями на международной арт-сцене, но в первую очередь с местным художественным контекстом и возможностями его расширения до той жизни, которая разворачивается в Дюссельдорфской академии художеств, в галереях в Челси на Манхэттене или на международных арт-фестивалях. Параллельно в Европе сегодня работает как минимум два поколения художников, увлеченных теми же проблемами в живописи, которые занимают петербургского живописца. Однако местная специфика состоит в том, что нигде уже не осталось такого раритета, как наша Академия художеств в ее девятнадцативечном состоянии. Это придает творчеству многих наших художников особенное петербургское обаяние.

     Photo-based painting, взятая на вооружение в полемике с академическим искусством, слагается из нескольких художественных языков. Жестуальная абстракция расшатывает устои академической живописи. «Школы» больше нет и в помине, когда фигуры выписываются приплясывающими загогулинами, лихими мазками и от души поставленными кляксами. При пристальном рассматривании плоскость картины тонет в вавилонском многоцветье, где мазки и потеки собраны в броский хаотический узор. Экспрессия жестуальной абстракции остужена белизной холста. На некоторых картинах не записано три четверти плоскости, и броские пятна фигур зависают в зияющей пустоте отрывочного рассказа. Предварительные границы картины намечены неуверенной карандашной линией, подрамник же взят шире. Другие карандашные наброски обозначают силуэт одного из персонажей или часть пейзажа. Эта живопись способна вобрать в себя и графический рисунок, и белое на белом для того, чтобы быть картиной в классическом понимании. Перед нами плоскостное коллажированное изображение, претендующее свидетельствовать о реальности.

     Выставка Леонида Цхэ рассказывает о Неопетербурге — городе, которые уже более двадцати лет живет с именем, возвращенным в начале девяностых, но так и не вернувшем себе былого величия имперской столицы и не обретшем нового, современного смысла. Это не дореволюционный Петербург: не город, воспетый в классической русской литературе как мираж и бесчеловечный умысел, не уютный эстетский мир Александра Бенуа и круга его единомышленников, и давно уже не сцена, на которой разворачивались события трех революций. Еще недавно сложно было избавиться от ощущения, что Санкт-Петербург девяностых-нулевых — это Постленинград, столько всего тут напоминало о советском времени. Цхэ пишет Петербург сегодня вне ретроспективного переживания советского опыта. Нет в его зарисовках ни остросоциальных или сатирических сюжетов, ни дикости ельцинских лет. Это не критика капитализма в третье десятилетие его существования в России. Неопетербург интересен тем, что живет своей жизнью большого города середины десятых годов. В этой жизни есть и буржуазная обыденность, на которую был острый глаз у любимца Бодлера Константина Гиса. Есть и жуть городских задворок, которую смаковали в своих работах Александр Арефьев и Нищенствующие живописцы. «НЕОПЕТЕРБУРГ» Цхэ проговаривает очевидную, но довольно неудобную для contemporary art мысль: современное искусство начинается с тех обязательных и заурядных вещей, из которых складывается наша жизнь. Как и во времена Татлина, оно может начаться прямо в садике Академии художеств, — да хотя бы возле дома, в котором держат пони.

Станислав Савицкий

Другие новости


Открытие выставки "Двое на вершине" (Борис Борщ, Оксана Жирова)

Дорогие друзья!

Приглашаем вас 23 мая  на открытие выставки "Двое на вершине". (Борис Борщ, Оксана Жирова).

Начало в 19:30.

Адрес: Суворовский пр.  д. 25 (Hotel Vera)


Открытие персональной выставки Анатоля Заславского

16 мая в 18:30 состоится открытие персональной выставки А. Заславского "Лицо и тело".


Расписание лекций на май 2019

15.05 (среда)

На Медиков, 3 в ЛПМ «Ленполиграфмаш»

18.00 — 20.00 — Литературная сказка

20.00 — 22.00 — Краткая история русской поэзии.

 

16.05 (четверг)